Главная Форум Галерея Благотворительность  
   
 
Новости города : Политика : Технологии : Авто : Развлечения : Спорт
О сайте
  Крепко целую. Станислав 
 
Метки

Рубрики

Календарь
Май 2014
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031  

Архивы

На правах рекламы

Свежие записи

Страницы

Счетчики
ФОБОС: погода в г.Шахты



Rambler's Top100

Рейтинг@Mail.ru


Мета

Разделы нашего форума

  Крепко целую. Станислав
 

Крепко целую. Станислав

Тихая зелёная шахтинская улица. Домик на три окошка. Цветущая вишня у калитки, за которой несёт службу "грозный" страж — озорной ласковый щенок размером с рукавицу. Вот так просто и светло живёт сегодня прошедший от Керчи до Берлина ветеран Великой Отечественной войны Станислав Нестерович Долгополов. Будучи человеком добродушным и благожелательным, он стойко переносит предпраздничное нашествие корреспондентов всех мастей и калибров, а потому и меня встретил очень приветливо. — Станислав Нестерович, Вы наверняка уже привыкли ко всякого рода интервью: Ведь верно? — Ваша правда! Каждый год приходят — или приглашают куда-нибудь, и расспрашивают. А я рассказчик-то неважный — ну, какой из меня говорун?.. Опять же — возраст берёт своё: подробностей многих не помню, точных дат не назову: — Именно поэтому мне хочется задать Вам такие вопросы о Вашей службе, которых пока никто — я надеюсь! — не затрагивал: — Однако! — смеётся ветеран. — Ну, давайте, задавайте! — Вот скажите: попав на фронт, легко ли Вы научились наматывать портянки? И смогли бы сегодня, поставь перед Вами сапоги, припомнить эту солдатскую науку? — Вот уж не ожидал: (смеётся). Я ж молодой совсем тогда был : В феврале сорок третьего, когда меня призвали, было мне 18 лет. А молодые — шустрые, учатся быстро. Сначала вообще в обмотках ходили, в портянках потом: Это дело привычки, практики — раз намотаешь неловко, ноги натрёшь, во второй уже умнее будешь. Конечно, вспомню! Давайте сюда сапоги! Уж таких вещей не забудешь: — И всё-таки учёба — всегда штука нелёгкая. Попав в стрелковый полк, трудно ли Вам было научиться стрелять? — Ну, там никто не спрашивал — трудно или нет. И потом, к пулемёту всегда двое приставлены: один целится-стреляет, а второй ленту пулемётную держит — чтобы не заворачивалась. Вот её-то я и держал поначалу: Дело не геройское — но куда же без него? А уж после мне и с БТР познакомиться довелось — в отдельном противотанковом истребительном дивизионе, и дело радиста освоить — в артиллерийской части. Учили быстро — месяц спустя в Керчи я уже был "готовым" радистом! — И что же, сложное это дело? — Не очень. Скорее, тяжёлое — в прямом смысле этого слова. Тяжёлым был так называемый ящик, который нужно было за собой таскать, чтобы приказы командира батареи передавать куда следует: — Скажите, Станислав Нестерович, а было ли что-то в Вашем солдатском быте похожее на то, о чём написал Твардовский? Среди Ваших товарищей был свой Василий Тёркин? — Ребята весёлые были, конечно. Но стихов мы не читали, песен не пели. Того, что теперь называют "военной романтикой", мы не замечали. И случаев каких-то особенно забавных тоже в памяти не осталось: Вот кашу перловую помню! Помню, как в Германии было интересно в кино ходить — хоть фильмы были сплошь немецкие, и мы не очень-то язык понимали. Но когда про любовь — всё равно же понятно! — А ждала ли Вас с фронта любимая девушка? Было ли, о ком грустить-мечтать, кому письма писать? — Нет, девушки тогда у меня ещё не было. Дружили мы с девчатами, конечно, за косы их таскали — было дело! Когда учился в горном техникуме, в аэроклуб ходил (я вообще-то лётчиком мечтал стать, но война помешала) — и была у нас большая компания. Но первым делом были самолёты, ну а девушки: — А девушки потом? — Потом! Письма я маме писал. У меня даже сохранилась парочка: Вот они, смотрите — есть тут и "треугольничек": Нравилось мне складывать письмо! Видите, адрес тут краснодарский: Туда наша семья попала из Шахт из-за оккупации: У меня и фотографии сохранились. Вот отец — он в Венгрии служил, вот ребята — боевые товарищи: Чёрно-белым ворохом на столе — маленькие свидетели куда-то пропавших дней: Они нежно хранят память о молодых безусых лицах хрупких пареньков, которых война провела от Керчи до Берлина — через Варшаву и Сандомир. Кому-то не суждено было узнать конца этого страшного "урока географии" — их вечным горьким пристанищем стала чужая сторона: В 1948 году Станислав Нестерович был демобилизован. Большую часть своей жизни он посвятил работе на комбинате "Ростовуголь" и в шахтопроходческом управлении, став ветераном труда. Но дороже всяких гражданских наград — награды боевые. Те, что были вручены молоденькому младшему сержанту Славе Долгополову. Три ордена — два ордена Отечественной войны II степени, орден Славы III степени, четыре медали — "За отвагу", "За освобождение Варшавы", "За взятие Берлина", "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг." Позже этот почётный ряд продолжился юбилейными медалями и наградными знаками, однако ближе всех к сердцу та, о которой сообщил гордый мальчишка в коротеньком добром письме к матери: ": Можешь поздравить с наградой за Керчь: медаль "За отвагу". Пока. Пиши. Крепко целую. Станислав" Сегодня у Станислава Нестеровича и его замечательной супруги Любови Стефановны, шесть лет назад отметивших золотую свадьбу, уже подрастают чудесные правнуки. Долгополовы-младшие часто навещают любимого отца и дедушку, и нет для него лучше этих встреч.

Источник

Метки: